Доход, о котором вы когда-то мечтали, теперь есть. А свободы, которую он должен был принести, нет.

Кто-то не может тратить на себя. Хорошая одежда, отпуск, врач подороже: рука не поднимается, хотя цифра на счёте позволяет. Кто-то тратит и потом стыдится, как будто украл. Кто-то копит на чёрный день, чёрный день не наступает, а страх не проходит. Кто-то, наоборот, спускает всё до нуля и не понимает зачем.

Общее у этих людей одно: деньги есть, а права на них нет. Они зарабатывают как взрослые и распоряжаются как дети, которым не разрешили.

Деньги в психике это не про деньги

Французский психоаналитик Бруно Клавье в книге «Les Fantômes de l'analyste» («Призраки аналитика», на русский не переводилась) посвящает деньгам отдельный разбор. Его главная мысль звучит так:

«Dans le psychisme, l'argent est ce qui va faire rejouer la question de l'amour inhérente à l'enfance, au rapport à l'entourage, en général aux parents». В психике деньги вновь разыгрывают вопрос о любви, присущий детству, вопрос об отношениях с окружением и, как правило, с родителями.

Вот почему у взрослого человека с хорошим доходом деньги ведут себя нелогично. Они не про цифры. Они про то, кто в детстве давал и кто отказывал, за что хвалили и за что отбирали, чего стоила любовь и чем за неё платили.

Ребёнок, которому давали через силу, с попрёками, «на, только отстань», вырастает во взрослого, который не может взять даже у себя. Ребёнок, у которого отбирали в наказание, вырастает во взрослого, который прячет от самого себя. Ребёнок, для которого деньги были единственным доказательством, что его любят, вырастает во взрослого, которому никакой суммы не хватает, чтобы почувствовать себя нужным.

Три сценария

Чаще всего я встречаю три варианта, и у каждого свой корень в семейной истории.

Не могу тратить на себя. Человек легко тратит на детей, на родителей, на бизнес, на кого угодно. На себя нет. Часто за этим стоит семья, где родители всю жизнь отказывали себе ради детей и не скрывали этого. Тратить на себя означает предать эту жертву. Экономия здесь не про деньги, а про верность: я живу так же скромно, как жили вы, значит, я всё ещё с вами.

Трачу и стыжусь. Купил, и тут же накрывает чувство, что не имел права. Это стыд человека, который поднялся выше своей среды. Французский социолог и психоаналитик Венсан де Голежак назвал это неврозом класса, в книге «La Névrose de classe» (1987), тоже не переведённой: тот, кто вырвался из бедности, платит за это стыдом перед теми, кто остался. Дорогая покупка становится уликой предательства. Поэтому её прячут от родственников, оправдывают, обесценивают: «да это по акции».

Коплю и боюсь. Подушка на год, на три, на пять, и всё равно тревожно. Здесь обычно работает не личная история, а родовая. Дед пережил голод. Отец потерял всё в девяностые. Бабушка рассказывала, как в один день исчезли сбережения. Чёрный день в такой семье не абстракция, а событие, которое уже случалось, и психика ждёт его повторения. Сколько ни копи, унаследованный страх не насыщается, потому что он не про сумму.

Удерживать как черта характера

Фрейд в 1908 году в статье «Характер и анальная эротика» описал тип людей, у которых три черты идут вместе: аккуратность, бережливость и упрямство. Он связал это с ранним опытом удержания и отдавания, с тем, как ребёнок впервые учится тому, что можно оставить себе, а что придётся отдать. Деньги, по его наблюдению, в бессознательном занимают то же место, что и первое, чем ребёнок владел и чем распоряжался.

Не обязательно принимать эту теорию буквально, чтобы увидеть её практическую сторону. Отношение к деньгам складывается раньше, чем появляются сами деньги. Оно складывается там, где решался вопрос, можно ли что-то удержать при себе, и не заберут ли это. Взрослый, который не может отпустить ни рубля, когда-то был ребёнком, у которого отпущенное не возвращалось.

Быть или иметь

Клавье в том же разделе делает различение, которое многое объясняет:

«Dans la première partie de la vie, jusqu'à l'âge œdipien qui commence vers deux ans et demi, trois ans, la question capitale est celle de l'être, pas celle de l'avoir». В первой части жизни, до эдипова возраста, который начинается примерно в два с половиной, три года, главный вопрос это вопрос бытия, а не обладания.

Сначала ребёнок должен стать кем-то. Только потом он может чем-то владеть. Если вопрос «я есть, я кто-то, у меня есть право быть» не был решён в своё время, никакое «иметь» его не закроет. Отсюда странное ощущение у людей с большим доходом: цифра растёт, а чувство права не растёт. Они пытаются купить ответ на вопрос, который деньгами не решается.

Это же объясняет, почему рост дохода так часто не приносит облегчения. Человек ждал, что на определённой сумме станет спокойно. Сумма достигнута, спокойно не стало, он поднимает планку. И так без конца, потому что планка стоит не на счёте.

Платить значит быть свободным

У Клавье есть фраза, которую я часто вспоминаю:

«Payer rend libre». Платить освобождает.

Он пишет это о терапии. Люди иногда спрашивают, почему аналитик берёт деньги, если это про помощь. Клавье отвечает: именно оплата создаёт границу, которая гарантирует, что пациенту не придётся платить иначе, благодарностью, зависимостью, вечным долгом. Заплатив за час, человек ничего больше не должен. Он свободен.

Это верно не только для терапии. Тот, кто не умеет платить, обычно должен всем. Он не может взять, потому что за взятое придётся расплачиваться чем-то другим: виной, верностью, отказом от себя. Научиться платить деньгами, чтобы не платить собой, это одна из вещей, которые меняются в работе.

Что делает терапия

Терапия не учит финансовой грамотности. Она делает то, что с деньгами связано только на первый взгляд.

Отделяет деньги от любви. Пока они склеены, любая трата это вопрос «заслужил ли я», а любой доход это попытка доказать, что заслужил. Когда они разделены, деньги становятся деньгами. Средством, а не судьёй.

Возвращает право быть. Тот вопрос, который должен был решиться в три года, можно решить и в сорок, если есть кому его задать. Аффирмации здесь бессильны, работает опыт: другой человек видит в вас кого-то, а не что-то.

Даёт прожить стыд перед родом. Подняться выше своих и остаться с ними в связи это возможно. Но для этого стыд нужно прожить, а не прятать за покупками по акции.

Что можно сделать уже сейчас

Заметьте, чей голос. В следующий раз, когда рука не поднимется или, наоборот, поднимется слишком легко, остановитесь и послушайте, что звучит внутри. «Не по чину». «Мы так не жили». «Всё равно отберут». Это не ваши слова. Узнайте, чьи.

Посчитайте чёрный день. Реальный, в цифрах: сколько нужно, чтобы прожить полгода без дохода. Сравните с тем, что накоплено. Если накоплено в разы больше, а тревога та же, вы копите не от своего страха.

Спросите, что заменяют деньги. Если планка дохода всё время сдвигается, спросите себя не «сколько мне нужно», а «что я жду почувствовать, когда получу». Ответ обычно не про деньги.

Если тревога о деньгах не даёт спать, если она не связана с реальным положением дел и держится неделями, это стоит показать врачу. Телефон психологической помощи 8-800-2000-122 работает круглосуточно. Экстренная помощь не отменяет работу со специалистом: врач снимает острое, терапия разбирает, откуда оно.

За что вы на самом деле платите, когда не можете себе позволить?